Хотя есть в нем одна очень важная тема, которая, к сожалению, раскрыта плохо (чтобы не сказать – никак), но о ней – чуть позже. В целом же, фильм, на мой взгляд, состоялся прежде всего именно как настоящее, серьезное явление в мире кино. И большинство претензий, которые уже прозвучали в его адрес, кажутся надуманными и неубедительными. Да, сюжет «Аватара» насквозь вторичен. Это понятно каждому, кто читал романы Фенимора Купера или хотя бы смотрел в детстве фильмы германо-югославского производства про добрых и отважных индейцев, которых сгоняют с их исконных земель алчные и бессовестные белые колонизаторы. Но ведь Кэмерон не скрывал, что снимает, как он выразился еще в 2006 году – «старомодное приключение в джунглях, с экологическим подтекстом». И потом, подобный упрек при желании можно адресовать практически к любому фильму, поскольку в мировой драматургии известно не более трех десятков самостоятельных сюжетов. И каждый из них эксплуатировался в кинематографе уже не одну тысячу раз.

Да, потрясающие воображение спецэффекты в значительной степени объясняют успех фильма в прокате. Но когда Эмир Кустурица говорит, что «Аватар» – просто глупость, где ставка на эффект и зрелищность сцен с помощью 3D делается лишь для того, чтобы вытащить из людей деньги, а по-настоящему серьёзное кино должно добиваться своей трёхмерности за счёт смысла, соглашаться с мэтром как-то не хочется. Ведь точно так же можно было бы обругать в свое время режиссера Калатозова за банальнейший сюжет легендарного фильма «Летят журавли». И объяснить его невероятный успех во всем мире одной лишь виртуозной работой операторской группы гениального Урусевского.

За всеми этими 3D технологиями мы сегодня как-то позабыли, что кино вообще – достаточно грубый вид искусства, где всего за два с половиной часа перед зрителем разворачивается законченное действие, фабула которого изначально должна быть проста. Фильм это не книга, которую можно отложить и подумать над прочитанным. Здесь все сюжетные лини должны читаться влет, сразу же, с первого взгляда. Никаких особо глубоких смыслов при таких условиях в сюжет не вложишь, как ни старайся.

Хорошее кино это не роман, а притча. И смысл ее раскрывается отнюдь не на экране, а в нашей душе, на стыке авторского посыла и его восприятия каждым зрителем в отдельности. А восприятие это, в свою очередь, зависит не только от качества фильма, но и от нашего культурно-мировоззренческого фундамента. И поэтому реплики в стиле – «фильм тупой, но эффекты классные», в значительной степени характеризуют не фильм, а их авторов.

«Аватар» за два месяца проката собрал два с половиной миллиарда долларов. Такого коммерческого успеха история мирового кино еще не знала. Хотя фильмов со спецэффектами снято очень много, а тупых фильмов со спецэффектами – еще больше.

Видимо, все же есть в «Аватаре» что-то еще, кроме, действительно незатейливого сюжета и революционных технологий. И это самое «что-то» вдруг почему-то оказалось сегодня очень нужным огромному количеству зрителей, к коим я отношу и себя тоже.

«Аватар», конечно же – всего лишь красивая и увлекательная сказка. Но, как известно, в любой сказке есть и некий намек, который может стать уроком для добрых молодцев. Вот об этих самых намеках Кэмерона и хотелось бы сказать подробнее.

При просмотре «Аватара» трудно не обратить внимания на некий парадокс: фантастические пейзажи Пандоры и ее животный и растительный мир, при всем их своеобразии, все же не воспринимаются как нечто совершенно чуждое Земле и землянам. И не важно, что вместо носорогов по пандорским джунглям бегают «носомолоты» а у пандорских лошадей – три пары ног. Все равно мы видим, что это все те же, с детства известные нам носороги, лошади, бабочки и папоротники, только – в инопланетной редакции. Так же и аборигены Пандоры – нави, несмотря на свое разительное отличие от человека (четырехметровый рост, сине-зеленый цвет кожи, хвост, откровенно-кошачья мимика), все же остаются чем-то очень похожи на нас до такой степени, что уже через несколько минут просмотра невозможно воспринимать их иначе, как людей.

Случайностью такое сходство объяснить нельзя, тут виден совершенно осознанный режиссерский замысел. Не какой-то иной, прекрасный и гармоничный мир показывает нам Кэмерон, а нашу родную Землю, какой она могла бы быть если бы люди ее не губили столь же безжалостно, как в земляне в фильме крушат Пандору. И не с гуманоидами нави воюют колонизаторы в «Аватаре», а с тем добрым и гармоничным началом, которое каждый из нас легко может погубить в себе жадностью, холодным расчетом и бездушным пренебрежением ко всему, что лежит за пределами наших материальных интересов.

Нави – лишь аллегорический образ того гармоничного бытия, той органичной вписанности в общую картину мира, к которому призван и человек. Насколько удался или не удался Кэмерону этот образ – вопрос отдельный. Но очевидно, что основной конфликт фильма происходит не между людьми и нави, а между двумя способами существования человека в мире. Конечно, нельзя рассматривать такую пастораль как – аналог рая. Но все же на фоне техногенной цивилизации землян, пасторальная жизнь нави выглядит куда как выигрышнее, естественнее, да и просто – симпатичнее нашей.

Очень символичен в этом смысле образ главного героя фильма – искалеченного войной морпеха, прикованного к инвалидной коляске. В сущности, это образ всего человечества, которое давно уже воспринимает мир как – «окружающую среду», враждебную и чуждую ему. Сквозь спицы инвалидного кресла Джейка Салли просматриваются гигантские протекторы карьерных самосвалов землян. В фильме оно – символ бессилия человечества, зашедшего на путях своего развития в глубокий онтологический тупик. Это инвалидное кресло может принимать в техногенной цивилизации самые разные формы: от шагающих роботов, многократно усиливающих человеческую мощь, до огромных межпланетных кораблей. Но по сути, любое наше техническое средство, является таким инвалидным креслом, суррогатом неких возможностей, которые мы не в состоянии реализовать без помощи техники.

И когда Джейк Салли вдруг ощущает себя в теле Аватара, ему открывается целый мир, в котором инвалидное кресло оказывается уже бессмысленным и лишним.

Трудно сказать, каким был человек до грехопадения. Ясно лишь, что на кэмероновских нави он вряд ли был похож, как внешне, так и внутренне. И все же я считаю «Аватар» - очень благородной режиссерской попыткой показать зрителям идеал Человека. Который до слез, до самопожертвования, до физической боли в сердце любит каждого зверька, каждое дерево, каждую травинку своего мира. Конечно, с христианской точки зрения такой идеал выглядит наивным и неполным. И все же, наверное, стоит вспомнить, что нынешний экологический кризис земной цивилизации с этой же точки зрения свидетельствует о крушении всех идеалов вообще, за исключением идеала неограниченного потребления. Кэмерон предложил свое видение альтернативы такому положению дел. И на мой взгляд, сделал это профессионально и честно.

«Ну что, Салли, каково это – предавать своих?» В этом вопросе полковника Куоритча сфокусирована самая глубокая нравственная проблема, перед которой оказался главный герой «Аватара».

В принципе, проблема стара, как мир. Агент, работающий под прикрытием на стороне противника, может настолько войти в роль «своего среди чужих», что незаметно для себя утрачивает чувство противостояния с объектами разработки. И становится «чужим, среди своих». В оперативной психологии этот феномен называется эффектом сращивания.

И с точки зрения любого сотрудника спецслужб, Джейк действительно оказался предателем.

Но есть здесь одно большое «но»: кого именно в данном случае предал Джейк Салли? Землян вообще, как расу? Нет. Потому что другие земляне, пусть и немногие, оказались с ним вполне солидарны в его выборе. Причем, настолько солидарны, что пожертвовали жизнью в этой войне. Тогда, быть может, Джек предал интересы США, за которые он раньше воевал на Земле? Тоже нет. Потому что гарнизон полковника Куритча был вовсе не подразделением армии США, а всего лишь командой наемников, защищающих интересы частной корпорации.

Остается лишь один вариант: Джейк Салли предал своих товарищей-наемников в войне против туземцев. Но в том-то и дело, что на Пандору Джейк прибыл в качестве участника научной программы «Аватар», но никак не в качестве наемного солдата.

И когда Куоритч завербовал его к себе в осведомители, он попросту начал использовать чужого сотрудника в своих целях.

Таким образом, главная этическая проблема фильма сводится к вопросу о целях, и о допустимости их переоценки.

Нетрудно заметить, что в основе всех действий землян на Пандоре положено одно общее стремление: к прибыли, деньгам, заработку. В качестве более-менее здоровой альтернативы этому меркантилизму, Кэмерон предлагает бескорыстное служение человека науке. Грейс, женщина-руководитель проекта «Аватар», представлена в фильме как адепт и защитник нравственной парадигмы человечества, описанной еще Стругацкими: “...человек есть объективный носитель разума, все, что мешает человеку развивать разум, – зло, и зло это надлежит устранять” (Трудно быть богом).

Вот, собственно, и все цели, к которым стремятся земляне: деньги с одной стороны, и научное познание с другой. И то, и другое – любой ценой, несмотря ни на что, вплоть до собственной гибели. Думаю, не будет преувеличением сказать, что в целях героев-землян Кэмерон попытался обозначить святыни человечества будущего. И святыни эти получились, прямо скажем, убогими даже в сравнении со святынями нави, идеал которых – просто жить в своем мире, не нарушая цельности и законов его существования.

Джейк Салли сделал своей выбор: оставил идеал торговцев драгоценным анабтаниумом, и принял, как святыню, идеал нави. Можно ли считать это предательством – вопрос системы координат, в которых рассматривается его поступок.

Но самый возвышенный образец человеческой нравственности в фильме я увидал не в Джейке, не в Грейс и не в Куоритче. Не они, а еще один «предатель» продемонстрировал в «Аватаре» - на какую высоту духа еще остается способен человек будущего. Простая и даже по-солдатски грубоватая девушка-пилот, сдержавшая свою руку на гашетке во время расстрела землянами беззащитных нави – вот свидетельство того, что в людях «Аватара» еще сохранилось внутреннее чувство совести – как высшей святыни. Ради которой можно поступиться всем – прибылью, приказом, самой жизнью. И когда в финале фильма она разворачивает свой маленький вертолет против бронированной махины Куоритча, и погибает в неравном бою, даже у самого Куоритча не поворачивается язык обвинить ее в предательстве.

Парадокс этой ситуации в том, что каждый из героев пытается быть порядочным человеком, каждый искренне стремится к внутренней цельности. И каждый зритель вправе дать свою оценку их выбору.

Джейк Салли стал одним из нави. Куоритч, как настоящий солдат дрался до конца, даже когда в этом не было уже никакого смысла. Девушка-пилот жизнью заплатила за право – поступать по совести, а не по приказу. Каждый из них выбрал свой способ остаться человеком, каждый прав по-своему. Но во время просмотра мне хотелось плакать лишь при виде маленького горящего вертолета.

И наконец – о грустном. Самое печальное в «Аватаре» - полное отсутствие в нем религиозных мотивов. Несмотря на многочисленные указания и намеки создателей фильма о наличии у нави некоего пантеистического или шаманского культа, этот кошачий народ все же бесконечно далек как от пантеизма, так и от шаманизма. Аналогия Эйвы – дерева жизни (объединяющего весь растительный и животный мир Пандоры в единую экосистему), с «мировым древом» в шаманизме более чем условна и держится лишь на созвучии терминов. На самом деле под «мировым древом» шаманизм предполагает некую духовную реальность, связующую собой три мира – небесный, земной и преисподний. Каждый из этих миров населен своими обитателями – духами, с которыми шаман способен общаться, перемещаясь по мировому древу из мира в мир.

Но в мире Пандоры дерево жизни является вполне материальным объектом, а единственные духи, о которых в фильме идет речь – духи предков. Однако и они тоже представлены там лишь как некие информационные слепки с человеческой личности, циркулирующие в единой экосистеме планеты. Назвать такое существование духовным вряд ли получится, даже с шаманской точки зрения.

С пантеистическим культом в «Аватаре» дела обстоят ничуть не лучше. Дело в том, что пантеистическое представление об Абсолюте исключает какое бы то ни было целесообразное действие этого Абсолюта. Логика здесь предельно простая: достижение цели обогащает того, кто стремится к ее достижению. Но Абсолют ничем нельзя обогатить, так как Он уже имеет в себе всю возможную полноту бытия. По мнению пантеиста Спинозы, теистическое убеждение в том, что Бог действует целесообразно «…уничтожает совершенство Бога; ибо если Бог творит ради какой-либо цели, то он необходимо стремится к тому, чего у Него нет». Обращаться к такому самодостаточному божеству попросту бессмысленно. И на это действительно есть намек в фильме, когда дочь вождя нави объясняет Джейку, что он напрасно пытается просить Эйву о помощи в войне с землянами: Эйва никому не помогает, она лишь сохраняет равновесие сил в мире. Но в том-то и дело, что в фильме Эйва, вопреки всем земным и Пандорским представлениям о пантеизме услышала просьбу и откликнулась, мобилизовав против землян весь животный мир Пандоры. А следовательно, пантеизма в псевдорелигии нави примерно столько же, сколько и шаманизма. То есть – нисколько. Нави вообще не верят в потустороннюю реальность. И древо жизни, и «духи» предков, и глобальная экосистема, связывающая мир воедино – все это находится исключительно здесь, в материальном пространстве Пандоры. Для нави есть лишь их удивительная планета, и – Эйва, как некий единый организующий принцип существования всего живого на этой планете. Но в их культе нет даже намека на присущую любой религии веру в существование Творца этого прекрасного мира. По представлениям аборигенов Пандоры он наглухо замкнут сам на себя и не имеет никакого метафизического выхода за свои пределы. В этом смысле, мировоззрение нави до обидного материалистично. А их всеобщие «радения» перед Древом жизни, по сути своей, гораздо ближе к одновременному сеансу выхода в Интернет, чем к шаманским камланиям.

Эйва – не бог, а всего лишь гигантский биокомпьютер планетарного масштаба, к которому «продвинутые пользователи» нави подключаются с помощью некоего аналога USB разъема, находящегося у них на конце косичек.

И в этой вульгаризации религиозной картины мира, мне видится весьма опасный синдром уже нашего, человеческого массового сознания, в частности выражающего себя через киноискусство. В попытках изобразить духовную реальность, даже самые талантливые режиссеры современности почему-то «застревают» на подменяющих эту реальность материалистических схемах. Так, в саге Джорджа Лукаса «Звездные войны», знаменитая «сила» оказалась лишь видом микроорганизмов, способных в симбиотическом сосуществовании с людьми наделять их дополнительными возможностями. Чем больше в джидае этих полезных микробов, тем больше его «сила». И никакой духовности, никакой мистики. Все понятно, все просто, и… скучно.

К сожалению, в «Аватаре» прекрасный мир Пандоры изображен примерно в тех же материалистических категориях. «Религия» нави не тянет даже на шаманизм, не говоря уже о пантеизме. Это всего лишь некий суррогат, где смешаны внешние признаки различных культов, без малейшего намека на наполняющее их религиозное содержание.

А ведь есть в литературе весьма удачные примеры, где описание иных миров вполне органично сочетается даже не с шаманизмом, а с христианской религиозной парадигмой, как, например, в «Космической трилогии» Люьиса.

Увы, современная кинофантастика в этом смысле идет по совсем другому пути.

И все же несмотря на столь очевидный недостаток, фильм получился очень цельным, зрелищным, а самое главное – заставляющим думать, предлагающим зрителю уже после просмотра множество тем для более глубокого осмысления.

Конечно, это всего лишь сказка. Но – добрая и красивая сказка. Как раз такая, по каким многие из нас очень соскучились за последние годы. Лучшим тому свидетельством являются, на мой взгляд, те самые, рекордные сборы «Аватара» в прокате. Фильм, в котором нет эротики, луж крови, смакования сцен насилия и прочей киногрязи, оказался сверхвостребованным современным зрителем. И это вселяет определенные надежды.